На календаре последний день лета, а оно в Одессе выдалось невыносимым во всех смыслах этого слова. Жара, может, не такая критическая по сравнению с Сахарой, но для наших среднестатистических температур многовато, а если прибавить к этому еще и влажность, то, поверьте, народ уже стонет. В Одессе активно зацвела амброзия, а я уже три года как пополнила ряды мучеников-аллергиков, страдающих сезонным поллинозом, и дождя жду просто отчаянно, впору изучать шаманские практики и становиться верховной жрицей, вызывающей с небес долгожданные хрустальные капли. Воздух вечерами напоминает кисель, он не плывет по улочкам, он застыл в ожидании хоть какого-то дуновения ветерка. Посиделки на летних площадках в ресторанах тоже не приносят облегчения, а кондиционеры внутри не справляются с колоссальной нагрузкой. Сотрудница, которой всегда и везде холодно, три года назад дала слово, что если она однажды произнесет “мне жарко”, она покрасится в блондинку, и…. этим летом спор  благополучно проигран,  вот какое сейчас жестокое одесское лето.  Даже Черное море уже не черное, а скорее напоминает кипящий борщ зеленого цвета. “Я календарь перевернул и снова третье сентября”, поет Михаил Шуфутинский свою нетленную песню, и город замер в ожидании этой даты, может она принесет долгожданную прохладу. Туристов возможно все устраивает, приезжих очень много, мне они не мешают, наоборот – это серьезный приток денег в казну города, вопрос только – как город потом этим распоряжается.

Когда-то я написала полуторачасовую экскурсию по Одессе. Ко мне приезжали московские друзья и на вопрос – Ева, а город покажешь? – я растерялась, что говорить – посмотрите налево, посмотрите направо? А что там слева и справа? Что я об этом, одесситка коренная, знаю, а по сути ничего. Стыдно стало, но виду не показала, – конечно, я все покажу и расскажу ! – радостно отрапортовала я и засела за исторические материалы.  Центр города это вся моя жизнь, посему осталось только грамотно проложить маршрут, рассчитать время и донести информацию, которая максимально кратко и ёмко усвоится, но и учесть  колоритный привал в каком-нибудь знаковом ресторане с желательно одесской кухней, а нам, поверьте, есть чем удивить в кулинарных вопросах.
Но вот один достойный объект в мою программу тогда не вошел, многострадальный дом Руссова. После бесчисленных пожаров, разрушивших даже меж-этажные перекрытия, шансы на выживание у памятки архитектуры были равны нулю, уж слишком сильны разрушения и слишком лакомый кусок земли в центре Центра города замаячил под возможную застройку экономически выгодных зданий.
Немного истории. Дом выстроен в 1897-1900 годах, и являлся доходным домом, строился  по заказу предпринимателя, одесского коллекционера и мецената Александра Руссова. Архитектор проекта — Л. М. Чернигов, оформление фасада — художник архитектуры В. И. Шмидт. Стиль тяготеет к необарокко, как и здание Оперы  в Париже по проекту архитектора Шарля Гарнье. Конечно, знаменитым этот дом сделала не только уникальная фасадная архитектура, а еще аптека Гаевского и Поповского, единственная на весь юг империи, отвечающая прогрессивным канонам фармацевтики тех лет.
После пожара 2014 года, когда уже отселили последних жильцов, не желавших покидать здание ни под каким видом,  дом тихо умирал на наших глазах. Но, о чудо, этим летом дом начали восстанавливать!  Не в первозданном виде, дом планируется разобрать буквально по кирпичику и выстроить заново с соблюдением архитектурных элементов, здесь планируется открыть общественно-культурный центр с конгресс-холлом, а в качестве подарка одесситам даже спроектирована многоуровневая парковка. Судя по фото, есть надежда, что архитектурный стиль будет сохранен, но жизнь покажет. От стеклянного купола, венчающего здание, я не в восторге, но это лучше, в тысячу раз лучше, чем то, как выглядит дом сейчас. К слову, аптека Гаевского должна вернуться на исконное место на первом этаже.
Город потихоньку прихорашивается, но с оговорками, реставрация Потемкинской лестницы, например, велась и в зимний период, что вообще неприемлемо и оговорено в проектной документации, по которой и строилась лестница, где указаны периоды возможных реставрационных работ, но это не соблюдалось, о чем писали активисты в соцсетях.  Реставрация Тираспольской площади и “преображение” Преображенской улицы велись непростительно долго, выключив фактически полностью трамвайное движение, что очень больно ударило по пенсионерам, для которых городской транспорт по-прежнему бесплатен. Но уже этим летом новые трамвайчики радостно задребежжали по улицам города.
Я все-таки очень надеюсь, что дом Руссова будет восстановлен и навсегда исчезнет из репортажей под рубрикой “Одесса, которую мы теряем”, а появится в моей расширенной экскурсии по Одессе. Кстати, гости города, обращайтесь, говорить я умею, а уж быть убедительной тем более. Город прекрасен, просто эти фото, кстати, они не мои, а найденные на просторах интернета, не совсем оптимистичны, как бы мне хотелось, но мы с лихвой компенсируем недостатки своим оптимизмом и юмором, ведь мы одесситы!

2 thoughts on “Одесса. Дом Руссова

    1. Спасибо, ценю Ваше мнение. Буду выкладывать “экскурсионные” зарисовки об Одессе. Осенью Одесса не менее красива, чем летом!

Leave a Reply

Your email address will not be published.