Об уважении к чужим галлюцинациям

Потрясший мир “карикатурный скандал” не просто в очередной раз – иболее наглядно, чем прежде – продемонстрировал наглость и агрессивностьисламистов, стремящихся силой навязать свои порядки отнюдь не исламскими куда более цивилизованным странам, и угодливую трусость тех, кто,предавая интересы цивилизации, идет у них на поводу (в авангардепоследних, увы, оказалась Россия, что, опять-таки увы, совершенно неудивительно). Этот скандал поднимает более общую проблему, выводя вфокус внимания еще одну догму, характерную для отравленного”политкорректностью” сознания современных либералов (и активноэксплуатируемую в своих интересах антилиберальными режимами): догму об”уважении к чужим чувствам” или “чужим взглядам”. Каковое уважениепостулируется как нечто обязательное и являющееся признаком”цивилизованного общества”.

Есть ли у такого постулирования сколь-нибудь разумное обоснование?Прежде всего отметим, что из всех форм отношения к другим людямуважение, пожалуй, наиболее рационалистичное и по своим истокам (уважаютне вследствие труднообъяснимого эмоционального порыва, а твердо понимая,за что), и по своим проявлениям (уважение – очень спокойное чувство,если его вообще можно назвать чувством). Иными словами, уважение невозникает “просто так” и не может существовать по умолчанию – уважениеобязательно надо заслужить. Нарушение этого принципа разрушает понятиеуважения как таковое, превращая его в угодничество, страх или пустуюдекларацию (“на самом деле мы их, конечно, не уважаем, но будем делатьвид, что уважаем”).

В свете этого становится понятно, что вопрос “нужно ли уважатьчужие взгляды” (или, тем более, чувства) лишен смысла. Если есть, за чтоуважать, уважение возникнет само, если нет, то не возникнет, и никакиеполитические или, тем паче, моральные соображения тут ни при чем. Хотяможно говорить, что в определенных ситуациях уважение должно возникать -должно в том же смысле, в каком стрелка спидометра должна показывать 60км/ч при езде со скоростью 60 км/ч: не по этическим причинам, и непотому, что такая скорость предписана правилами, а просто потому, чтоэто адекватно – иначе следует говорить о поломке спидометра или онеразумности неуважающего. Итак, в каких случаях разумное существодолжно уважать чужие взгляды? Случаев этих всего три. Во-первых, когдачужие взгляды качественно (т.е. с точностью до отсутствия принципиальныхпротиворечий) не отличаются от его собственных (ибо у личности, неуважающей свои собственные взгляды – именно взгляды, а не, скажем,дурные привычки или иные недостатки, от которых пока не хватает силизбавиться – явные проблемы с психикой). Во-вторых, в тех областях, гдесколь-нибудь объективной истины не может существовать в принципе – тоесть в области личных вкусов, не обусловленных рациональнымисоображениями: какую музыку слушать, за какую команду болеть и т.п.Несомненно, и в областях искусства или спорта существуют критерии,позволяющие отделить высокое качество от низкого, так что любительклассической музыки вовсе не должен уважать взгляды фаната дешевой попсы- но в пределах примерно одного уровня принципиально нет критериев,позволяющих сказать, что Моцарт достоин уважения больше, чем Бах, илинаоборот. Наконец, третий случай – отсутствие сколь-нибудь твердыхсобственных взглядов по определенному вопросу; в этом случае логичноуважать различные равновероятные точки зрения, пока не появятся вескиеоснования счесть наиболее близкой к истине одну из них.

Что же выходит – если некто имеет твердые взгляды, он не должен (иболее того – попросту не может) уважать взгляды оппонентов? Разве эторазумно? Не есть ли это близорукая претензия на знание абсолютнойистины? Да; да; нет. Естественно, всякое действительно разумное существопонимает, что может ошибаться; однако, раз уж у него сформировалисьтвердые взгляды по определенному вопросу, значит, у него были и естьвеские основания считать именно эти взгляды соответствующими истине (впротивном случае имеем вышеописанную ситуацию 3). И по умолчанию онобудет исходить из того, что именно эти взгляды истинны – до тех пор,пока не появятся доказательства обратного (подчеркиваю, доказательства,а не абстрактное предположение “а вдруг?”) Мы никогда не можем бытьабсолютно уверены в собственной правоте, ибо не располагаем абсолютнойполнотой информации; однако действовать должны исходя из той информации,которой владеем – или не сможем действовать вообще (что, кстати говоря,тоже не выход, ибо бездействие может быть не менее ошибочным ивредоносным, чем действие). Таким образом, пока не доказано обратное, мыбудем считать свои взгляды истинными, а следовательно, взглядыоппонентов – ложными; уважать же ложные взгляды нет ровно никакихоснований. Разумеется, при этом разумное существо не отказывается отизучения дополнительной информации и, в частности, аргументацииоппонентов; если в результате оно убедится в ошибочности своей твердойпозиции, то либо перейдет на сторону оппонентов, оказавшись, такимобразом, в ситуации 1, либо признает ситуацию 2 или 3 (принципиальноеотсутствие объективной истины по данному вопросу либо невозможностьустановить ее в данный момент). Тогда, соответственно, оно станетуважать точку зрения, отличную от своей исходной. Если и тогда – но нераньше.

Может показаться, что религиозные взгляды попадают под ситуацию 3,ибо строго формально доказать отсутствие бога (богов) невозможно -однако не будем забывать, что равноуважаемые гипотезы должны бытьравновероятными, чего, в соответствии с принципом бритвы Оккама, ненаблюдается. До тех пор, пока все достоверно известные нам явления могутбыть объяснены естественными причинами (а это верно в отношении даже техиз них, что пока недостаточно изучены наукой), нет никаких основанийсчитать гипотезу наличия сверхъестественных сил более или хотя бы стольже вероятной, что и гипотезу их отсутствия. Причем это относится к идеебожественного в самом общем виде; что же касается конкретных религий, тоих ложность доказывается без особого труда на основании как внутреннейпротиворечивости, так и несоответствия наблюдаемым и историческимфактам. То, что верующие не желают принимать это доказательства, прячасьза формулами в духе “верую, ибо абсурдно” – исключительно их личныепроблемы, а никоим образом не повод для уважения. И более того – нетолько атеисты и агностики не имеют оснований уважать взгляды верующих,но и сами последние не могут уважать взгляды других конфессий – ибоисходят из догмы об истинности собственной веры, а стало быть, любуючужую веру не могут не считать ложной. (Модный “политкорректный” тезис отом, что все религии поклоняются одному богу, просто под разнымиименами, легко опровергается анализом священных текстов, показывающимпринципиальные различия между богами и догмами всех мировых религий.)

Отметим, однако, что уважение к взглядам и уважение к исповедующейих личности – в общем случае не одно и то же. Можно, к примеру, неуважать политические взгляды нацистского или коммунистического аса, нопри этом уважать его самого за блестящее летное мастерство и незаурядноемужество – и даже за последовательную верность тем самым, неуважаемымнами взглядам (впрочем, грань, отделяющая достойную принципиальность отнедостойной твердолобости, весьма тонка). И наоборот – любой честныйсторонник определенных взглядов (хоть атеистических, хоть религиозных,хоть либеральных, хоть патриотических) признает, что среди егоединомышленников попадаются и откровенно дрянные люди.

Что такое “уважение к чувствам” – это уж совсем непонятно. Чувстваможно разделять или не разделять, понимать или не понимать – но уважать?За что, собственно?! Уж если что достойно уважения, так это скорееотсутствие чувств (бесстрастность и хладнокровие) или, во всяком случае,умение их обуздывать и контролировать.

На практике, очевидно, под “уважением к чувствам” понимается такоеповедение, которое не может как-то обидеть испытывающих эти чувства, алучше всего и вовсе будет им приятно. Что, в свою очередь, по сутиозначает требование делать вид, что вы разделяете эти чувства хотя бычастично. То есть лицемерить. Более того, и требование уважать чужиевзгляды – коль скоро мы убедились, что реальное уважение к взглядам,отличным от собственных, возможно лишь в ситуациях 2 и 3 – сводится всек тому же требованию лицемерия. То есть не уважать, но изображатьуважение.

Означает ли это, что, ради торжества правды над лицемерием, мыдолжны непременно поступать наоборот, демонстрируя свое неуважение привсякой возможности? Что, завидев верующего, надо подойти к нему и начатьглумиться над его религией, а, поравнявшись с траурной процессией,начать громко рассказывать анекдоты? Разумеется, не означает. Излишниеконфликты контрпродуктивны, и не считаться с интересами людей, скоторыми живешь в одном обществе – попросту глупо. Вопрос лишь в том, вкакой мере и до какой степени с ними считаться.

Вполне очевидно, что учитывать чужие интересы в большей степени,чем свои собственные – крайне неразумно. Очевидно и то, что, если мыисходим из модели демократического, а не идеократического государства,никакая идеология не может рассчитывать на то, чтобы ее интересыучитывались в большей степени, чем интересы других, и попросту этимдругим навязывались. Отсюда, в частности, следует, что приверженцы любойрелигии – даже если они образуют большинство в данном обществе, неговоря уж о меньшинстве – не вправе претендовать на какое-либо особоеуважение, пусть даже и формально-лицемерное, которое ставило бы их впривилегированное положение по отношению к атеистам. И никакие ссылки на”чувства верующих”, на их “особую ранимость”, отсутствующую-де утолстокожих атеистов, способных выдержать насмешки над чем угодно, тутнеуместны – иначе, впадая в подобный гуманистическо-альтруистическийраж, придется требовать уважения и к галлюцинациям сумасшедших (каковыегаллюцинации, кстати говоря, по части реальности, логичности идоказанности не так уж сильно отличаются от религиозных догматов);вообще по такой логике получается, что чем более убог и ущербен человекв психическом плане, тем большего уважения он заслуживает – что, может,и соответствует некоторым религиозным догматам, но уж точно не здравомусмыслу. Больной и впрямь может претендовать на некоторые привилегии,которых лишен здоровый – но при этом он лишен многих возможностей иправ, которыми здоровый обладает; требовать же для себя и того, идругого одновременно – это чрезвычайная наглость.

Тем не менее, имеют ли верующие – а заодно и представители другихидеологий – право на защиту своих взглядов и чувств от посягательствоппонентов? Конечно, имеют – такие же права, как и все прочие граждане.Во-первых, они имеют право на защиту от прямых личных оскорблений -опять же, ровно в той же мере, в какой и все остальные. Если кому-топерсонально нахамили, он вправе требовать сатисфакции через суд – и еговзгляды при этом не имеют ровно никакого значения. Но если обругали неего лично, а некий дорогой ему символ – это его личные проблемы; можнолишь посоветовать ему обругать в ответ аналогичный символ оскорбителя,если уж не хватает ума и самоконтроля быть выше этого (кстати, дляверующих обижаться в таких случаях особенно абсурдно – неужеливсемогущий бог может пострадать от хулы и насмешек какого-то человека? аесли бы даже и так – неужели он не сможет разобраться с обидчиком сам?)На каждый чих не наздравствуешься, да и незачем это делать. Для кого-тосвят Христос или Мухаммед, для кого-то Путин, для кого-то Сталин илиАдольф Гитлер, для кого-то и вовсе Филипп Киркоров или Гарри Поттер(есть, есть отмороженные фанаты и у попсовых “звезд”, и даже увымышленных персонажей – впрочем, к последней категории можно отнести ивсех верующих). Не говоря уже о том, что почти у каждого человека естьродные и друзья, которым, скорее всего, неприятны насмешки и нелестныеотзывы о нем. И что теперь? Не критиковать и не высмеивать вообщеникого, жить по принципу “давайте говорить друг другу комплименты”? Всеравно не получится – слепота, создаваемая розовыми очками, самаястрашная, и трудно придумать более идиотскую идею, чем замалчиватьзлодеяния, дабы ненароком не обидеть единомышленников злодеев. Так что внормальном обществе должен торжествовать иной принцип – “не любо – неслушай, а врать не мешай”.

И все-таки, имеют ли те же верующие право не слушать (и не видеть)то, что им не любо? Да разумеется! В своем собственном кругу. Они имеютправо организовывать свои общины и строить свои храмы (разумеется,исключительно на собственные средства, не прибегая к помощигосударства). И в этих общинах и храмах устанавливать свои собственныеправила поведения, включая и запрет на любые кощунственные, с их точкизрения, материалы, на пропаганду атеизма или иных религий и т.п. И закондолжен защищать это их право – то есть если некто вламывается в церковьи начинает выкрикивать там атеистические лозунги и ломать иконы, ондолжен нести за это ответственность вплоть до уголовной. Но точно такуюже ответственность должны нести верующие, устраивающие аналогичныйпогром в атеистической организации. (Увы, в России мы наблюдаемпротивоположное – вместо православных фанатиков, учинивших погром наантирелигиозной выставке в Сахаровском центре, виновными были признаныорганизаторы выставки, т.е. жертвы погрома – приговор, достойныйсредневековья или какой-нибудь Саудовской Аравии!) Итак, и верующие, иатеисты, и сторонники иных идеологий вправе создавать общины только длясвоих. Так же, как и обычный человек вправе не пускать к себе домой тех,кто ему неприятен (если это не сотрудники правоохранительных органов,имеющие законно оформленный ордер). Но он не вправе запретить им ходитьпо одной с ним улице. Светское государство – это общая “улица”,нейтральная территория, где допустимы высказывание любых взглядов, кромепропагандирующих преступления, и любые насмешки, кроме как в неприличнойформе (последние недопустимы именно по причине формы, а не содержания).У любителей же обижаться за вымышленных персонажей – как, впрочем, и зареальных – есть только один разумный выход: не покупать соответствующихгазет, не ходить на соответствующие выставки, не включать телевизор вовремя трансляции соответствующих фильмов. Ну и, разумеется, на своичестно заработанные деньги издавать свои газеты, организовывать своивыставки, снимать свои фильмы. Либо, если их все это не устраивает,убираться из светского государства в какую-нибудь теократию. (Кстатиговоря, отсюда следует и недопустимость такого широко распространенногоинститута, как национальный траур, объявляемый по жертвам катастроф. Уродственников погибших, конечно, горе, и они имеют полное право в этидни – как, впрочем, и в любые другие – не посещать развлекательныемероприятия, не смотреть юмористические передачи и т.п., но у них нетправа навязывать свои чувства всей остальной стране и лишать увеселенийвсех своих сограждан. Не говоря уже о том, что люди гибнут и умираюткаждый день, и совершенно непонятно, чем горе близких тех, кто погибвместе, “лучше” или важнее горя близких тех, кто расстался с жизнью поотдельности.)

Причем все вышесказанное относится к приверженцам ортодоксальныхидеологий, норовящих навязать собственные догматы тому обществу, вкотором живут они сами. Что же касается тех, кто пытается диктовать своирелигиозные догмы чужим государствам, то таких надо просто посылатьдалеко. Причем в данном случае я бы даже счел адекватным посылание внеприличной форме.

февраль 2006, http://yun.complife.ru

11 thoughts on “Об уважении к чужим галлюцинациям

  1. Нормальная декларация здравомыслящего гражданина нормального светского государства. Вот только покоробил призыв к "недопустимости такого широко
    распространённого института, как национальный траур, объявляемый по жертвам катастроф". Государство – институт политический, также декларирующий определённые ценности, идеологию и т.п., которые хоть в какой-то мере демонстрируют уважение к своему гражданину. Именно по этим признакам мы определяем – "хорошее" государство или "плохое".
    Ну, представьте себе – государство ПУБЛИЧНО не посочуствовало родственникам жертв цунами, атомного удара. А национальный траур – это одна из СЛОЖИВШИХСЯ ФОРМ, выражающих высокую степень скорби государства
    по своим гражданам. Если хотите, это и воспитательная мера государства.
    Ну, не этично, неуважительно, в конце концов, "отрываться по полной",
    когда в стране идут массовые похороны твоих сограждан, возможно, друзей,
    знакомых, соседей. Ну, насчёт соседей, может, и загнул лишнего.

  2. А если попробовать не оскорблять? Ведь раньше как-то жили мирно….

  3. Не понял! Это Вы мне? Наверное, всё-таки нет. Я почти полностью согласен
    с автором.

  4. На эту тему есть, как мне кажется, неплохая статья в "Русском Журнале":

    И.Джадан, "Свобода слова глазами карикатуриста"

    http://www.russ.ru/comments/110521093

    Понравилась цитата:

    "Действительно, если право одних говорить все, что заблагорассудится, почему у других нет права реагировать на это так, как им заблагорассудится?"

  5. Абсолютно не согласен с автором. Та позиция, что изложена в статье, подойдет в крайнем случае для частного лица, и ни в коем случае не для государства. А все потому, что автор, похоже, искренне считает себя неуязвимым и бессмертным. Тогда – пожалуйста, можно оскорблять кого угодно, за что угодно, в соответствии с любой идеологией. В обычном государстве, в том числе "цивилизованном", такой защищенности у граждан нет, зато есть БОЛЬШАЯ ПРОБЛЕМА. И проблема эта – плотность населения. Современные города – это пресс, это суповая кастрюля, скороварка. Множество людей, не согласных друг с другом по самым разным вопросам, вынужденны постоянно находиться друг рядом с другом, общаться, взаимодействовать. Никакие правоохранительные органы, никакая армия не обеспечит порядка, если жители перестанут относиться друг к другу терпимо. И если применять ту идеологию, что описана в статье, в масштабах государства, через день все друг с другом переругаются, через два – передерутся, через неделю – поубивают друг друга. Потому любой разумный гражданин (а автор им себя искренне считает) понимает, что "уважать мнение" – это "проявить терпимость". И "уважать религию" – это "проявить терпимость". И "политкорректность" – это тоже "проявить терпимость", хотя некоторыми она и трактуется несколько извращенно. Так что осуждение карикатур, как и национальный траур – это способы снизить напряжение, недопустить жертв.
    А лично автору хотелось бы напомнить, что жертвами сплошь и рядом оказываются не те, кто громогласно насмехается, а те, до кого проще добраться. Те, кто беззащитен. И ради них – стоит проявить терпимость.

  6. Я полностью разделяю рассуждения автора. Теоретически. НО. Нельзя забывать о политическом аспекте, о котором указал Анат в своем комментарии. С моей точки зрения "карикатурные погромы" было не что иное как эпизод борьбы за политическое влияние в Европе. Уже достаточно точно можно сказать что скандал с карикатурами был раздут по-заказу и на деньги ближневосточных исламистов руками местных исламистов. Цель – скомпрометировать европейские ценности, заодно консолидировав мусульманскую общественность. Самое интересное заключается в том, что собственно европейцы здесь ни при чем – это была банальная пиар-акция, целевая группа которой – исключительно мусульмане. По крайней мере у меня создается такое впечатление. Хотя не исключаю что это был некий оригинальный способ "качать права" путем аггрессии и запугивания европейцев. Исламисты таким образом пытаются "повысить" статус европейских мусульман до евреев или голубых, т е наравне с последними пользоваться некими особыми групповыми преференциями, неформальное право пользоваться коими достается "политкорректным" группам.

  7. -avplat
    Понравилась цитата:

    "Действительно, если право одних говорить все, что заблагорассудится, почему у других нет права реагировать на это так, как им заблагорассудится?"-

    Если следовать этой логике то на анти-европейские погромы европейцы имеют полное право ответить анти-мусульманскими погромами. И это будет более справедливо, так как "око за око, зуб за зуб". Уважаемый мной Джадан в данном случае оправдывает тактику "неассимитричного ответа", что не есть хорошо, даже с точки зрения элементарного прагматизма.

  8. to Заморский

    Если следовать этой логике то на анти-европейские погромы европейцы имеют полное право ответить анти-мусульманскими погромами. И это будет более справедливо, так как "око за око, зуб за зуб".

    Хм, где вы здесь это вычитали – ума не приложу… Я это понимаю следующим образом. Слово – ничуть не меньшее оружее, чем физическая сила. Европейцы заявляют право на произвольное неконтролируемое использование слова, включая "словесные погромы" – и в ответ вполне логично получают погромы реальные. А всего-то и надо – придержать чуток язык.

  9. Исламисту: Не нравится – не смотри. Будь скромнее. Будешь брызгать на меня слюной – обижу очччень.
    Европейцу: Оскорбляют? – отвернись – ты на собаку в ответ лаешь? Громят твоё посольство? Поднесем патроны. Возьмем не дорого,- по себестоимости и дадим хорошую скидку при большом опте. Можно и в долю войти, дело то общее!
    Не покупают твои кефиры? Вези их сюда, или сократи производство. За свободу и гордость можно немного и заплатить.

    Нам всем (не ударенным религией): Посылать церковников, а прежде всего исламистов в норку к сибирскому ценному пушному зверьку (песцу, – кто не знает). Иначе – сожрут. Ислам предписывает убивать "неверных" (читай по вечерам первоисточник). Какое там еще оскорбление?? По нашему менталитету подло исповедовать такую религию! Короче, – поленом не намашешься, – дустом их! А дуст-то мы еще не выкинули…

  10. Слегка перефразируя миниатюру, озвученную с эстрады Аркадием Райкиным, можно сказать автору следующее: "Юрий, сила в твоих словах большая. Даже очень. Говоришь ты много, но не совсем понятно о чем"…
    Фактически, несколько страниц вашего текста можно свести к нескольким емким предложениям-пустулатам:
    1. Уважай законные права и интересы других людей в данном конкретном месте общего со мной проживания.
    2. Единые мораль и закон не могут быть применимы ко всем людям без исключения без учета конкретной обстановки в конкретном обществе, самого общества, религиозных взглядов и т.п.

    О чем иными словами речь? Да о том, что художник, нарисовавший карикатуры на пророка Муххамеда, абсолютно морален С НАШЕЙ ТОЧКИ ЗРЕНИЯ. И АБСОЛЮТНО НЕПРАВ С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ МУСУЛЬМАНИНА! Я абсолютно уверен, что разжигание страстей в мусульманском мире преследовало ПОЛИТИЧЕСКИЕ ЦЕЛИ, избрав для этого хорошо подвернувшийся повод (а может и не подвернувшийся…). А Дания, вместо того, чтобы твердо стоять на своем – "свобода слова" и все такое… вместо этого испугалась, обкакалась и принялась извиняться. ЧТО МУСУЛЬМАНАМ И ТРЕБОВАЛОСЬ ДОКАЗАТЬ. Они показали всему миру, что, в случае чего они весь мир на уши поставят и за меньший "грех". Фактически, это был ответ мусульманского мира не Дании (ее никто серьезно и не воспринимает), а США. А именно – ответ в духе США: мы принесем вам свое мусульманское мировоззрение / американскую демократию (выбрать кому что больше нравится), а кто не хочет – заставим ее уважать.

  11. Уважаемый Константин!
    Как я понял, Вы не против дуста? Если ДА, (а для религиозных фанатиков и политических идиотов только наглядная и необоримая сила, на применение которой есть твёрдая политическая воля – единственный аргумент), то зачем так много слов?

Leave a Reply

Your email address will not be published.